На съезде "Справедливой России" ее председатель объявил о необходимости создать "новые профсоюзы, которые не будут ручными". Действительно, какая же это "социалистическая партия" без поддержки профсоюзов? Однако как назло ФНПР, объединяющая 95% членов российских профсоюзов, имеет соглашение с "Единой Россией". Следовательно, товарищу Миронову остается только искать понимания со стороны профсоюзов, альтернативных ФНПР.

Сватовство с расчетом

Крупнейшее из мельчайших и старейшее из самых юных - это объединение профсоюзов России СОЦПРОФ. Его бессменный лидер Сергей Храмов обратился к Миронову с амбициозным предложением: создать альтернативу ФНПР в течение двух-трех месяцев. "Политическое значение может иметь только второй российский профсоюзный центр, - заявил Храмов в разговоре с корреспондентом "Независимой газеты". - Сейчас каждый чиновник знает, что разрешено быть либо в "ЕР", либо в "Справедливой России" без опасений за свое служебное продвижение. Также и работник должен знать, что он может состоять либо в ФНПР, либо в новой стриктуре, и это не приведет к административному преследованию, лишению премий и тому подобным вещам".

Обоснование выглядит великолепным по своему цинизму: неважно, что дискриминация граждан в связи с их политическими убеждениями и работников в связи с их членством в профсоюзах противозаконны. Важно, что, по мнению альтернативного профсоюзного лидера, и то, и другое в реальности происходит. Однако заложенные в подобные рассуждения расчеты представляются весьма спорными. Во-первых, среди госслужащих мы найдем членов каких угодно партий: кроме двух упомянутых, на государственной службе состоят и члены Союза правых сил, и "Яблока", и КПРФ, и т.д. Коммунист Николай Виноградов, например, возглавляет Владимирскую область, и рекомендован на эту должность Президентом РФ. Во-вторых, работников негосударственных организаций совершенно неправомерно равнять с госслужащими. Даже если предположить, что Кремль "неровно дышит" к двум политическим партиям, а исключения лишь подтверждают правило, то частных предпринимателей это в принципе мало волнует. Что им за дело до расчетов Кремля?

Но главное - председатель СОЦПРОФ ставит здесь на одну доску многопартийность и профсоюзный плюрализм. Это противоречит его же собственным общим рассуждениям о назначении профсоюзов: "...У профсоюзов ничего общего с политическими партиями нет... - писал Сергей Храмов в соавторстве с Дмитрием Семеновым в 1997 году в книге "Трудовые отношения и профсоюзы". -...Часто в одной и той же профсоюзной организации состоят люди с совершенно различными политическими интересами. Единственное и главное, что юс объединяет, - это отстаивание своих трудовых прав в противостоянии с работодателем. Вообще у профсоюза есть всего одна задача - добиваться для своих членов как можно более высокой оплаты труда при работе в благоприятных условиях и при гарантиях полной занятости". Здесь трудно с чем-то поспорить. Остается лишь сделать умозаключение, что при объективной общности интересов наемных работников профсоюзный плюрализм только вносит раскол в коллектив.

Мрачное социалистическое прошлое

Тем не менее СОЦПРОФ и другие профсоюзы, не входящие в ФНПР, уже 18 лет постоянно пытаются вносить подобный раскол. Учредительное собрание Объединения социалистических профсоюзов СССР СОЦПРОФ состоялось в московском кооперативном ресторане "Трактир Замоскворечья" аккурат в День дурака - 1 апреля 1989 года. Сергей Храмов немного стеснялся того, что возглавляемые им профсоюзы были официально названы "социалистическими", и в октябре того же года в интервью газете "Панорама" объяснял это так: "Слово "социалистические" в нашем названии означает прежде всего то, что наши профсоюзы действуют в социалистическом государстве, с учетом его сложившихся реалий, как политических, так и экономических".

Впрочем, слово "социалистические" в наименовании этого профобъединения фигурировало всего лишь первые десять месяцев и шестнадцать дней его существования... "В целях деидеологизации I съезд СОЦПРОФ СССР, который состоялся 17 февраля 1990 года в Москве, принял решение отказаться от наименования "социалистические" в названии профобъединения, сохранив аббревиатуру СОЦПРОФ как не расшифровывающееся наименование по типу: театр ЛЕНКОМ, газета "МК", - констатируется на официальном сайте СОЦПРОФ.

Поэтому не может не вызвать улыбку недавний комментарий Храмова к политической платформе партии "Справедливая Россия", опубликованный на партийном сайте мироновцев: "При разработке темы трудовых отношений партия могла бы воспользоваться помощью свободных профсоюзов (например, СОЦПРОФ - социалистические профсоюзы), которые имеют богатый опыт по защите прав трудящихся... Полагаю, партия могла бы оказать содействие созданию нового крупного российского профцентра, который бы объединил профсоюзы для достижения целей партии по защите интересов трудящихся и практической реализации платформы партии". Простим великодушно лидеру СОЦПРОФа небольшое лукавство. Чего только не сделаешь ради того, чтобы оказаться под крылом партии, во главе которой стоит третье лицо государства! Раз "Справедливая Россия" объявила себя партией социалистической ориентации, то можно и упомянуть между делом о "социалистических корнях" собственной организации.

Фига в кармане

Вообще сколько бы ни произносилось правильных слов об аполитичности профсоюзов, это не касается самих профсоюзных лидеров, людей весьма и весьма политизированных. Тот же Храмов называет себя советским диссидентом с 1979 года. Впрочем, диссидентство его больше напоминало фигу в кармане. "Как сотрудник Института океанологии АН СССР я бывал за, границей, - рассказывает Храмов в интервью "Родной газете". - И где-нибудь в Сингапуре отправлял в ООН письма в защиту советских политзаключенных". Отметим, что Андрей Сахаров, многие другие достойные люди были смелее и посылали такие письма открыто, да и то диссидентами себя не называли.

Самыми отчаянными своими действиями на диссидентской ниве Храмов считает самовольное использование в личных целях государственного имущества - ксерокопировального аппарата. "У меня была возможность использовать ксерокс, - говорит он в этом же интервью. - И хотя это запрещалось, десять лет я размножал книги. Среди них были произведения Григория Палами, Павла Флоренского, других православных философов. В апреле 1989 года меня задержали, обвинив в хищении государственной собственности - ксерокопий. Но я сумел отбрехаться. В этом мне помог адвокат Генрих Падва". Отвлечемся от содержания того, что ксерокопировалось. Очевидно, что такое несанкционированное использование имущества работодателя и сегодня квалифицировалось бы как хищение путем присвоения. Впрочем, Храмов свою вину и не отрицает: он честно и красноречиво признается, что "отбрехался" с помощью именитого адвоката.

Когда наступила перестройка, Храмов воспользовался моментом не только для создания альтернативных ВЦСПС профсоюзов, но и для вступления в "Демократический союз" Валерии Новодворской, который объединил в 1988 году радикальное крыло неформалов - "завлабов". Он также был членом СДПР, а позже - Партии экономической свободы Константина Борового и Ирины Хакамады.

На этом партийные проекты, конечно, не исчерпались. В январе 2002 года СОЦПРОФ совместно с профобъединением "Защита труда" Олега Шеина учреждает Российскую партию труда (РПТ), где Шеин становится председателем партии, а Храмов - председателем ее федерального политсовета. Во время избирательной кампании в Госдуму 2003 года шеинское крыло РПТ входит в блок "Родина", а храмовское в последний момент меняет курс и присоединяется к блоку "Великая Россия - Евразийский союз" Павла Бородина. При этом Храмов, не стесняясь, публично заявляет, что главным аргументом для него явился финансовый. После провала новый дрейф - в объединение "Патриоты России" Геннадия Семигина, где Храмов побывал даже в потешном "народном правительстве" при портфеле министра труда...

Как-то он упомянул, что боится водить машину, хотя служебный транспорт имеет - автомобиль Kia-Rio. Иными словами, он, как советский барин-бюрократ, имеет персональную иномарку (правда, не самую дорогую) и персонального водителя. Но вообще-то "барин" последователен: объявляя главной целью СОЦПРОФа пополнение "среднего класса" за счет добросовестных квалифицированных работников, он себе уже обеспечил привилегии этого самого "среднего класса".

Деятельность СОЦПРОФа в начале 90-х годов шла рука об руку с политическими симпатиями его лидера. В конце 80-х - начале 90-х годов свою роль сыграла финансовая поддержка крупнейшего американского профобъединения АФТ-КПП, которое, в свою очередь, осваивало деньги американских налогоплательщиков - их регулярно выделял конгресс США на поддержку демократии за рубежом. Но СОЦПРОФ был, конечно, далеко не единственным грантополучателем, и Храмов с нескрываемой завистью рассказывал в интервью, что, например, в 1995 году через АФТ-КПП в Россию поступило 5 миллионов долларов, из которых СОЦПРОФу перепало только 25 тысяч. Тем не менее, судя по его же рассказу, заокеанский спонсор считал себя вправе требовать от СОЦПРОФа расторжения альянса с другим профобъединением, публично занявшим антиамериканскую позицию.

Разумеется, американский роман не мог длиться бесконечно. В руководстве профсоюзов США со временем поняли то, чего пока не понял Миронов: эффективней на равных сотрудничать с традиционными российскими профсоюзами, а не спонсировать создание и деятельность альтернативных.

В 1993 году международный секретарь СОЦПРОФа Олег Львов подписал соглашение с итальянским профобъединением CISNAL (Итальянской конфедерацией национальных синдикатов работников).

"Учитывая значительное сходство и наличие общих целей..." - такими словами начинается соглашение, составленное на английском и русском языках. Скандальность этой вступительной формулировки заключается в том, что у CISNAL скверная репутация в итальянском и международном профсоюзном движении. Объединение было создано в 1950 году как профсоюзное крыло партии Итальянское социальное движение (Movimento sociale italiano), считавшейся неофашистской, а с 1992 года еще и отождествлявшейся с внучкой диктатора Алессандрой Муссолини. Казалось бы, здесь все понятно, однако когда в октябре 2005 года председатель ФНПР Михаил Шмаков отметил в интервью "Московским новостям", что "СОЦПРОФ подписал соглашение с фашистскими профсоюзами в Италии", Сергей Храмов обиделся и обратился в суд. Дело он проиграл - как в районном, так и в городском суде.

Но продолжим эту увлекательную историю. В 1994 году СОЦПРОФу пришлось расторгнуть соглашение с "итальянскими собратьями" по прямому требованию PSI - Интернационала работников сферы общественных услуг, куда СОЦПРОФ стремился попасть. Послушать Храмова, так CISNAL - замечательные ребята и совсем не фашисты. Тогда зачем, спрашивается, было расторгать соглашение с ними?

Кстати, о соглашении. При всей общности взглядов сторон, оно носило весьма прагматический характер и было, по сути, сделкой. CISNAL обязался в течение 1993 года оборудовать три рабочих места оргтехникой и еще дать 10 тысяч долларов наличными. Взамен СОЦПРОФ должен был предоставить итальянскому партнеру формальную рекомендацию для вступления в Международную организацию труда и Международную конфедерацию свободных профсоюзов. Иными словами, СОЦПРОФ как "свободное" профобъединение из посткоммунистической страны по идеологическим причинам получил на Западе известный моральный кредит, который предпочел променять на "живые деньги" - подобно библейскому Исаву, отдавшему первородство своему брату Якову в обмен на чечевичную похлебку. Рыночная капитализация международного авторитета СОЦПРОФа оказалась мизерной - таков, видать, был и авторитет. В итоге российское профобъединение не только реально не помогло итальянским партнерам, но и само едва не пошло вслед за ними ко дну. Теперь Храмов горячо уверяет, что CISNAL не передавал ему "нал". Мол, стороны передоговорились и на эту сумму была выслана множительная техника, которую итальянская таможня по необъяснимым причинам не выпустила из римского аэропорта. Как будто кому-то есть дело до того, извлек ли в итоге СОЦПРОФ имущественную выгоду! Как будто карманника обеляет в наших глазах то, что вытащенный им кошелек оказался пустым!

Партнеры или "партнерчики"?

СОЦПРОФу уже девятнадцатый год. По нынешним временам - большая история. Однако это история неисполненных надежд. В июне 1990-го Храмов хвастался: "Через полгода... у нас будет где-то 2-3 млн. человек, и мы будем конкурировать" с ВЦСПС. Однако уже более десятилетия численность СОЦПРОФа, по словам его же руководителей, остается неизменной - четыреста с небольшим тысяч.

Правда, есть и сомнения: а не является ли дутой и эта цифра? Особенно если учесть, что устав СОЦПРОФа не запрещает двойное профсоюзное членство. Объективный статистический критерий один - сумма перечисляемых членских взносов. А и тут полный туман. Руководство СОЦПРОФа, не стесняясь, признается во вполне советских приписках и очковтирательстве, подыскав изящный паллиатив: "вынужденная корректировка профсоюзного членства". Рассказывая о пребывании в международных организациях, куда положено передавать часть профсоюзных взносов, Храмов жалуется на "бедность и нищету свободных профсоюзов из России" и оправдывает этим пресловутую "корректировку": "Что же касается СОЦПРОФа, то, вступая, например, в PSI или ФИЕТ, мы совсем не претендовали на место в руководстве. Нам был нужен сам факт полнокровного членства. Поэтому мы и заявили численность нашего Объединенного профсоюза работников общественных служб равной 22 000 человек, вместо 70 000 реально присутствующих, заплатив, однако, весь положенный по заявленной нами численности объем вступительного взноса".

Так в чем вообще смысл существования малочисленных альтернативных профсоюзов, в частности СОЦПРОФа? Вот ведь и Храмов с Семеновым в упомянутой книге очень разумно пишут: "В конечном счете работодателю, если только он действительно заинтересован в стабильно работающем производстве, выгодно иметь дело с сильным, но ответственным партнером, а не с кучей пусть не очень сильных, но абсолютно безответственных мелких партнерчиков".

А на практике нередко складывается такая картина. Когда на каком-либо предприятии, в особенности перспективном, возникает недовольство работников работодателем, более или менее массовое, но не поддержанное ни большинством трудового коллектива, ни руководством традиционного профсоюза, недовольное активное меньшинство выходит из профсоюза и создает новый, независимый. Последний может уйти под "крышу" компании Храмова, объявить себя ее первичной организацией. Затем, когда кризис разрешается, те, кто записался было в альтернативное профобъединение, возвращаются в лоно традиционного профсоюза, поскольку в условиях социального мира членство в нем приносит больше пользы. Получается, СОЦПРОФ - инструмент войны, а ФНПР - орудие мира.

СОЦПРОФ проводит забастовки, не считаясь с законодательством, используя для этого его несовершенство. "Мы не делим забастовки на законные и незаконные. Мы делим забастовки на выигранные и не выигранные", - сообщил Храмов в интервью телекомпании О2ТВ. Фокус в том, что привлечь работника к дисциплинарной ответственности за участие в незаконной забастовке работодатель вправе, только если работник не приступил к работе на следующий день после вступления в силу судебного решения о признании забастовки незаконной. Пока суд да дело, теряются человекочасы. Правда, у работодателя есть право требовать возмещения убытков с организаторов забастовки. Но профсоюзная касса к тому моменту оказывается обычно пуста, а материальная ответственность работника перед работодателем по общему правилу не может превышать размера месячного заработка, да и то взимаемого пятью частями. А ведь часть работников занимает в технологической цепочке столь важное положение, что прекращение ими выполнения своих обязанностей приводит к остановке предприятия в целом!

"СОЦПРОФ будет продолжать в полной мере реализовывать концепцию деятельности Профобъединения по формированию в России массового среднего класса из квалифицированных добросовестных наемных работников, обеспечивая им продажу их рабочей силы за возможно большую цену и создавая гарантии их социального статуса", - написано на официальном сайте СОЦПРОФа. "Квалифицированных", а как же быть неквалифицированному большинству, чей труд также необходим? Они, выходит, вовсе не интересуют СОЦПРОФ, его внимание приковано к тем, кого классики называли "рабочей аристократией". Вот, наверное, и объяснение факта существования альтернативных профсоюзов - не у всех работников интересы едины.

В политическом плане руководители СОЦПРОФа также постоянно живут нереализованными надеждами. Поэтому дружба с Мироновым сейчас для них очень важна.

На первомайскую демонстрацию в Москве они вышли вместе со "Справедливой Россией". Члены студенческого профсоюза СОЦПРОФа шли под лозунгом: "Нет оплате по труду! Да труду по оплате!". Вообще-то говоря, знакомая песня. Предприятия жилищно-коммунального хозяйства, например, отчаявшись добиться значительного повышения платы за свои услуги, именно такую тактику и проводят: предоставляют населению минимум услуг и не лучшего качества - дескать, как вы нам платите, так мы вам и работаем. Учитывая же, что этот лозунг несли студенты, которые, возможно, считают свою стипендию чем-то вроде зарплаты, а учебу - чем-то вроде труда, можно себе представить их усердие в учебе.

Однако альянс с Мироновым - это явный брак по расчету. Для души лидеры СОЦПРОФа предпочитают "Другую Россию". И если в Москве они шли в первомайских колоннах вместе со "Справедливой Россией", то, скажем, в Ульяновске - с КПРФ и "Другой Россией", скандировавшими: "Путин, уходи!".